Понедельник, 5/10/2015 - 09:00 1813

Жизнь - это марафон в темноте

Темы поиска себя в профессиональной, творческой сфере, переосмысление своего пути, открытие собственных талантов и ресурсов – все это занимает меня как психолога и коуча уже много лет. Об этом я пишу статьи и делаю интервью с интересными людьми.

И вот я снова на встрече. Передо мной девушка Юля. Она рассказывает о своем жизненном пути, о поисках Предназначения. О том, что по образованию она реабилитолог, работала фитнес-тренером, пробовала себя и в сфере недвижимости. А еще о творчестве, оно в ее жизни так или иначе присутствует всегда. Юля играла в театре и закончила курсы ди-джеев, играет на саксофоне и фотографирует. Все это Юля рассказывает скромно, как о само собой разумеющихся вещах. 

А между тем передо мной сидит мастер спорта международного класса по карате, чемпионка мира, лучший персональный тренер года (премия Personal Trainer Awards 2010), дипломированный специалист по спорту и физической реабилитации. Юле всего 33, а ее титулы и достижения можно перечислять долго, и они не умещаются в обычную человеческую жизнь. Юля бегает марафоны и является финишером гонки 70.3IRONMAN. И, пожалуй, еще одно, но далеко не последнее и, возможно, самое важное сейчас – Юля международный сертифицированный тренер по спорту для людей с ограниченными возможностями «Blaze Sports America», инициатор и вдохновитель социального проекта «Марафон в темноте».

 


– Юля, расскажи, как спорт вошел в твою жизнь?

– Я начала заниматься спортом у мамы в животе, – улыбается Юля. – Мой отец спортсмен, занимался профессионально лыжами, велогонками и биатлоном. В какой-то момент он увлекся карате. Отец и стал моим тренером. Помню, в 4–5 лет я впервые увидела на кассетах фильмы про боевые искусства Шаолиня, тогда был бум на такое кино. Я смотрела как завороженная и хотела научиться также «летать». Папа рассказывал, что я с детства была хваткой, любила забираться на турник, лазить по деревьям, видимо, это было в крови. Но я бы пошла в спорт вне зависимости от отца. Большое спасибо родителям, они никогда и ни в чем не навязывали мне своих решений, давали свободу и поддерживали.

 

– Когда ты начала тренироваться с отцом?

– Я училась в 1 классе, когда папа открыл секцию карате в школе и позвал меня. С первых же тренировок случилась бешеная любовь. Помню, мы сами шили кимоно, пояса, делали макивары и лапы, тогда еще ничего не продавалось. В начале мне было непросто, гибкости не было никакой, пришлось много над этим работать. Потом родители развелись, и мы с мамой уехали на Дальний Восток, в город Советская Гавань. Там я нашла секцию и продолжила занятия. По правилам той школы до 16 лет нельзя было участвовать в спаррингах, но я упорно напрашивалась на бой к моим сенсеям, и меня периодически побивали.


– Как складывались твои отношения с отцом как с тренером?

– Я вернулась в Москву после 9 класса, был 1997 год. У меня был уже коричневый пояс, и я снова пришла заниматься в секцию к отцу. Стыдно вспомнить, но на первой же тренировке меня побили белые пояса. Я поплакала и, поняв, что придется начинать все с начала, выбросила свой коричневый пояс. Начались активные тренировки. В том же году папа начал вывозить нас на сборы в Крым. Целый месяц испытаний и тренировок в горах. Было невероятно тяжело, и даже не физически, а психологически. Надо сказать, что папа всегда разделял позицию тренера и отца. Он говорил, что когда мы в зале, он мой тренер, и потому требовал называть его Александр Анатольевич. Спрос был серьезным. А вне зала он – отец. Отец всегда учил владеть своим телом и уметь отключаться от боли. На сборах в Крыму мы босиком тренировались на поляне, где росла трава с колючками, и спарринги проходили на ней же. Боль была невероятная, но надо было терпеть.

 

Юля со своими учениками из Школы бега и незрячими спортсменами проекта "Марафон в темноте"


– Как вы с папой готовились к чемпионату мира?

– Произошло все стремительно, буквально за один год. И, честно говоря, цели такой изначально не было. Мне исполнилось 18, я перешла во взрослую категорию. В тот же год прошел первый чемпионат мира по киокушинкай в Москве. Помню, отец показывал мне видео-записи с этих соревнований и предложил поучаствовать в чемпионате Москвы. В первом же бое против меня вышла 2-кратная чемпионка Европы. От страха я забыла снять ботинки, когда шла на татами. Но отец всегда верил в меня как в спортсменку, морально поддерживал, часто говорил мне, что на тренировках я выгляжу гораздо сильнее всех своих соперниц. А я верила ему, и пошла на бой. После чемпионата Москвы папа спросил: «Может, на Россию теперь попробуем?» И вот на этом «а давай попробуем» мы добрались до чемпионата мира.


– Юля, ты на вид совсем некрупная, в какой весовой категории ты выступала?

– В карате всего две женских категории: до 60 килограмм и после 60. То есть ты можешь весить 61 кг, а с тобой выйдет соперница под 100. Мы с отцом долго думали и все-таки решили выступать в тяжах. Ставить меня в легковесы не выгодно: я маленького роста, у меня короткие ноги и руки. А спортсмены в категории до 60 кг обычно худые и длинные. Выступать в тяжах гораздо сложнее, но и более солидно. Отец знал мои сильные стороны: высокая выносливость, закаленное тело и умение терпеть любую боль. А к тому времени у меня уже была и хорошая растяжка, я могла быстро и сильно бить удары ногами в голову. Поэтому мы выбрали категорию свыше 60 кг. Тактика была изматывать соперниц, а потом делать решающий удар в голову. Ужас, какие страшные вещи я сейчас говорю! – спохватывается Юля. – Сейчас я бы этим уже ни за что не занялась! Не смотря на всю жестокость, мы с девочками всегда после боя в раздевалке подходили друг к другу, просили прощения, обнимались.

 

– У тебя случилась серьезная травма позвоночника на показательных выступлениях. Стали отказывать ноги. Как ты восстановилась?

– (Юля опускает глаза, делает паузу. Жизнерадостный рассказчик уходит в тень, и она начинает говорить непривычно серьезно и быстро, как будто хочет побыстрее «проскочить» этот вопрос). Мне ставили разные диагнозы. Уже позже я узнала, что на самом деле это был микроразрыв спинного мозга. Конечно, это был шок. Мне всего 18, у меня классная активная жизнь. Столько планов! Сложно описать это состояние… Внутренняя истерика: «Как так? Почему именно со мной? Это какая-то несправедливость!» Приспособиться к новому неподвижному состоянию?
Я не хотела даже рассматривать такой вариант.
Врачи, обследования, лекарства – все это было, понятно. При этом мне становилось только хуже. На весах лежало слишком многое – моя собственная жизнь. Самое важное, это я осознала уже потом, начать честный разговор с самой собой. Все ответы и силу можно найти только в себе. И, да, есть что-то более сложное, чем просто тело. Только мы сами принимаем решение по поводу себя и своей жизни, а тело реагирует на принятое решение. Я отказалась от рискованной операции, от таблеток. Нашла специалиста, который стал со мной заниматься: подобрал тибетские асаны, мы делали медитацию, аутотренинг. Во время упражнений я плакала, часто теряла сознание. Но для себя приняла решение: будет результат или нет, я должна заниматься каждый день, во что бы то ни стало. Просто просыпаться и заниматься каждый день. Постепенно чувствительность стала возвращаться. В парке Сокольники есть памятная лавочка. Держась за нее, я начала ходить…

 


– Расскажи, как складывалась твоя карьера фитнес-тренера?

– До травмы я как раз подала документы в элитный клуб World Class Романов Двор. Прошло несколько месяцев, я только-только начала ходить, как мне позвонили и пригласили на обучение. Я прошла полностью теоретическую подготовку, ходила на все занятия, сдала практический экзамен. Мне тогда очень хотелось получить эту работу. Оставалось сдать экзамен физической подготовки, тест Купера, бег… Ну и, конечно, меня прямо с экзамена увезли на скорой. Пришлось рассказать о своей травме, о том, что я только начинаю восстанавливаться. Мы договорились, что меня возьмут в клуб на работу, но я должна через год пересдать экзамен. Пять лет я работала в World Class, потом поняла, что расти больше некуда. Тренерская работа и общение с людьми мне нравились, но жесткое расписание, графики, дежурства в клубе – все это не мое. Такой формат работы не позволяет мне расти профессионально как тренеру. Потом был перерыв, я какое-то время не работала. Занималась творчеством, ходила на тренинги личностного роста. Через какое-то время меня снова позвали, теперь в Планету Фитнес. Я решила сделать еще одну попытку, но через пару лет сбежала, поняв, что просто задыхаюсь. Рамки – это не про меня.
Формат фитнес-клубов исчерпал себя: я не могла работать качественно, мне было откровенно скучно. Я так люблю спорт! Но что дальше? Если не фитнес, то что это должно быть? Уже позже стало приходить понимание, что тренер это в первую очередь психолог, постепенно формировалась собственная система фитнес-коучинга. Я стала перекладывать спорт и тренировки на жизнь. Спорт для бизнеса, спорт для успеха, спорт для качественной жизни. Когда я работаю в таком ключе с клиентами, я вижу, как они меняются: походка, голос, осанка, взгляд.


– С какими запросами к тебе приходят? И с какими тебе по-настоящему интересно работать как тренеру?

– С самыми разными: от похудеть до подготовиться к марафону, от построения тела до реабилитации. Цели у многих могут звучать похоже, но путь, которым пройдет в итоге человек, уникален. Поэтому каждый раз интересно работать с новым клиентом. Сейчас еще эпидемия бега, многие бегают неправильно, начинаются проблемы со здоровьем, рано или поздно такие люди попадают и ко мне. С ними нужно многое менять и в системе тренировок, и в отношении к бегу.
Для меня, как для тренера, самый серьезный вызов представляют две категории запросов: это люди с заболеваниями (будь то диабет, грыжа или астма), серьезными перенесенными травмами спины, ног, люди с ограниченными возможностями, с дцп. В таких случаях я могу применить свое образование реабилитолога, опыт собственной травмы и восстановления. Здесь можно видеть результат буквально каждый день. И отдача от человека совсем другая, потому что этот результат ему жизненно необходим.
Второй тип запросов – это большие вызовы себе. Подготовка к марафонам, к гонке IRONMAN. Здесь важно, что я сама все это прошла. И понимаю не только с точки зрения тела, но и с точки зрения психологии, что люди испытывают и как их поддержать оптимальным образом в процессе подготовки. Это мощная работа, в ней много энергии и драйва.


– Зачем ты с травмированной спиной побежала марафон?

– Тот самый большой вызов себе, испытание тела и духа. Я понимала, что ноги и спина могут не выдержать длительного бега. Гонка была осенью 2010. Было реально тяжело: на 25 км стала отниматься одна нога, потом вторая. Не зря говорят, что марафон начинается после 37 км. Последние 5 км – самые сложные. Я видела, что люди стали сходить с дистанции. А у меня внутри начался внутренний диалог: «Ты и так молодец, с травмированной спиной пробежала 37 км, давай, остановись, уже хватит». А с другой стороны: «Я ведь обещала ученикам, что добегу, они ждут меня на финише. Как я буду выглядеть? Что они подумают? Я же сама учу их не сдаваться».
Ожидание внешней оценки от учеников сработало в тот первый марафон. Я приняла решение добежать. На последних километрах случился удивительный опыт: было ощущение, что какая-то субстанция из меня вылетела, летит рядом и управляет моим телом. Такого ощущения во время карате не было никогда, хотя там тоже все было на пределе возможностей. А после финиша ноги выключились. Друзья отвезли меня сразу в баню, начали массировать и отпаривать. Недели 3 потом я ходила с трудом. Поклялась себе никогда больше не делать этого.

Через какое-то время начало отпускать. Я стала вспоминать людей, добежавших до финиша со счастливыми лицами. Что эти люди делали иначе, чем я? Возможно ли пробежать марафон легко? В 2013 году я пробежала второй марафон, улучшив время на 20 минут. И мне было радостно. Мы еще потом с друзьями по Москве полдня гуляли, и я чувствовала себя отлично.
Я поняла, что в марафоне очень много про дисциплину. Четко выдержать полугодовой план тренировок – это вызов характеру и силе воли. Приходится изо дня в день делать монотонные вещи: соблюдать режим, набегать определенные объемы в неделю. А так часто хочется заняться другим, полежать отдохнуть, сходить в кино. Совмещать работу тренера и спортивную деятельность очень непросто. Но это жесткое правило во всех циклических видах спорта. Перекладываем его на жизнь – это и есть умение терпеливо двигаться к долгосрочным целям. В сентябре этого года я побегу снова, но уже в паре с незрячим молодым человеком, как его лидер.

 


– А Ironman – тоже был большой вызов себе?

– Да. Года 2 назад я подумала, что было бы интересно пройти эту гонку. Но огромная проблема заключалась в том, что я панически боялась воды. Пришлось работать над этим. Начала учиться плавать. Я сменила двух тренеров, каждый поход в бассейн был настоящей каторгой. И вот третий тренер на первой же тренировке говорит: «Да ты боишься воды». Я стала отрицать, как же так, признаться, что я боюсь. А он: «Нет, ты боишься, я вижу. Ты не сможешь плавать, пока не полюбишь воду». И это оказалось правдой. Я не любила воду, я ее боялась, я соревновалась с ней, била по воде руками и ногами, как будто я на татами. И когда я это осознала, наступил переломный момент. Любовь с водой случилась.


– Как ты решила заняться спортивной благотворительностью?

– Как-то я побывала в Москве на семинаре, который проводила американская организация в преддверии паралимпийских игр. Увидела, как там устроены спортклубы: они доступны абсолютно для всех. Какие бы физические ограничения у человека ни были, он может ходить в спортивный клуб, есть тренеры, которые могут и готовы работать с такими людьми, тренировать в любых доступных им видах спорта. В это же время я увидела ролик на youtube: гонка Ironman в паре, где один незрячий. Так и пришла идея «Марафона в темноте». Саша Меньшиков из Омска стал нашим первым и остается самым любимым незрячим спортсменом. Подготовка с ним идет уже 2 года. 20 сентября мы побежим марафон на 42 км. Когда началась история с Сашей в конце 2013 года, наши с ним тренировки и первые успехи на забегах, все это вызвало большой резонанс. В результате мы открыли летом 2014 года занятия в Москве для слабовидящих и тотальников. Мне хочется, чтобы все увидели проблему, обратили внимание на таких людей. Они тоже хотят заниматься спортом, для них это важно и жизненно необходимо. С незрячими можно и нужно быть вместе, их не надо бояться.

 

– Какую роль в твоей жизни сыграло карате? И спорт вообще?

– Я всегда занималась карате с позиции искусства и философии, а не спорта. Стиль киокушинкай агрессивен, но при этом отец всегда учил не применять это в жизни, только для самообороны себя и близких. И такие случаи у меня происходили дважды. Только благодаря карате я спасла себе жизнь, а во втором случае – и маме. Отец же давал тренировку духа прежде всего. Все, кто выходил из его школы настоящие личности, много добившиеся и в жизни, и в спорте. Порядочность, смелость, честность – папа воспитывал в первую очередь именно эти качества. Опыт в спорте, и особенно травма, многое мне дали. Прежде всего осознание того, что ты можешь управлять своим телом.

 


– Какие у тебя сейчас отношения с папой?

– Года 2 назад он открыл мне свой секрет. Отец был так жесток и «мучил» меня на тренировках, потому что хотел, чтобы я ушла из этого агрессивного спорта, этот спорт не для девочки. Он думал, что «дожмет» меня, испугает, я не выдержу и уйду совсем. А я не уходила, только крепла. Папа сказал, что сейчас по-другому бы строил отношения и со мной, и с другими ученицами. У него всегда был принцип «выживешь – хорошо». Для парней это нормально, для девочки – не всегда. Это мешает быть женщиной здесь и сейчас. Мне потом пришлось много над собой работать в этом смысле.

 

– Юля, как найти свое Предназначение? Есть какой-то секрет?

– Я верю, что у каждого человека свой Путь, в котором он счастлив. Кто-то уже был на этом пути, но сошел и забыл про него. Кто-то еще не вышел на него. Но события, люди, сама жизнь рано или поздно приведут именно на ваш путь. В моем случае жизнь заставляла меня отойти в сторону и не один раз, чтобы взять паузу, посмотреть на все со стороны и убедиться, что спорт, тренерская работа и есть по-настоящему мое.

 

В сентябре, пока готовился этот материал, подопечные Юли заняли первое место в командном зачете на Чемпионате России по триатлону в Сочи.

 

 


Елена Губанова
"Все будет не так, как мы решим. Все будет тогда, когда мы решимся". О. Хайям
Все статьи автора Хочу стать автором
ХОТИТЕ СТАТЬ АВТОРОМ?
Отправьте нам свою статью
Стать автором

Календарь событий

12 ноября 2015
ReForum 2015

Энергия лидерства на ReForum «Winning The Hearts» 2015

Подробнее
23 августа 2015
«Галчонок» зовет дружить

23 августа 2015 года, в саду «Эрмитаж» пройдет единственный в России инклюзивный благотворительный семейный фестиваль «Галафест».

Подробнее
23 апреля 2015
Мастерская "Осознанность: смелость быть собой"

Чтобы найти свое любимое дело, надо сначала найти себя. Чтобы найти вторую половинку, надо сначала найти первую. Как и иностранный язык, себя можно изучать годами.

Подробнее
20 марта 2015
Константин Батынков. Proкосмос

Хороший художник сочиняет собственный космос

Подробнее
УЗНАВАЙ ПЕРВЫМ самое интересное
Подпишись на рассылку
Подписаться
Войдите на yasok.ru,
чтобы получать обновления
Вы можете войти с помощью:
Или как пользователь сайта yasok.ru:
Зарегистрируйтесь на yasok.ru,
чтобы получать обновления
Вы можете зарегистрироваться с помощью:
Или как пользователь сайта yasok.ru: